Свидетель по делу бумажной фабрики боится ехать в Россию из страха перед Цукановым

9 марта 2020, 18:21
На последнем судебном заседании по делу о «захвате» бумажной фабрики были оглашены показания двух свидетелей, которые не захотели ехать в Россию из-за «своих врагов». В частности, из-за Руслана Цуканова, гендиректора АО «НЛК», который является одним из трех подсудимых.
Свидетель по делу бумажной фабрики боится ехать в Россию из страха перед Цукановым

На днях в Первомайском суде были зачитаны показания Владислава Родинского, данные во время расследования дела в Гомеле (Беларусь) в сентябре 2019 года. В Россию, по словам Родинского, он ехать не может и не хочет, так как нажил там немало врагов. Да и денег на путешествия нет.

Сложилось впечатление, что Родинский пытался занять ту же позицию, что и Борькин: мол, к преступным махинациям отношения не имею, и вообще ввязался в это, потому что хотел помочь Ларицкому и немного заработать. В общем, я не я и корова не моя. Однако «корова», если можно так назвать мурыгинскую бумажную фабрику, как раз-таки была его, пусть и совсем недолго.

Из Гомеля в Мурыгино

Любопытный факт: оказалось, очень многие люди, так или иначе связанные с делом бумажной фабрики, родом из Гомеля. Например, Родинский и Ларицкий. Они познакомились, согласно показаниям первого, еще в 2002 году, правда, близких отношений не поддерживали, просто иногда пересекались в Гомеле. В то время Родинский пытался в предпринимательство: у него было несколько магазинов компьютерной техники. «Заработок от них был небольшой», — скромно поведал Родинский следователю.  

В сентябре 2012 года в сквере имени Громыко в Гомеле Родинский встретил Ларицкого и пожаловался на это. В ответ Ларицкий предложил ему ехать в Кировскую область и занять должность коммерческого директора бумажной фабрики в Косино. Словом, поработать на него. За сумму около 40 тыс. рублей в месяц. Владелец сети магазинов с радостью согласился на это щедрое предложение.

В июне 2013 года Ларицкий попросил Родинского стать директором ООО «ИК «КБФ», так как прежний директор Борькин уволился.

«Он сказал, что всей деятельностью ООО «ИК «КБФ» будет заниматься сам, я там просто буду числиться директором, — рассказывает Родинский. — Ларицкий заявил, что полностью произвел оплату за приобретенное имущество бумажной фабрики в поселке Мурыгино, и необходимо связаться с конкурсным управляющим ОАО «Эликон» Горевой, чтобы получить все необходимые документы. Я обратился к Горевой с данным вопросом. Горева сказала, что она не успевает зарегистрировать некоторые объекты недвижимости и они пойдут как движимое имущество. Я спросил, законно ли это. Горева сказала, что законно и в дальнейшем мы сами сможем зарегистрировать имущество как недвижимость. Какие именно это были объекты недвижимости, я не знаю, не вникал в это. Я дал согласие и ушел».

После этого, по словам Родинского, Ларицкий велел ему подписать договоры купли-продажи имущества бумажной фабрики с ООО «Сияние-торг».

«Сумму договоров я не помню, но помню, что некоторые объекты недвижимости были обременены — до фактической оплаты, — говорит Родинский. — После этого Ларицкий попросил меня зарегистрировать имущество бумажной фабрики в Мурыгино на себя, как на физическое лицо. На тот момент я уже не был директором ООО «ИК «КБФ». Я уточнил, была ли оплата у ООО «Сияние-торг», Ларицкий сказал, что обременение снято. Я подумал, что оплата произошла, и дал согласие. Ларицкий сказал, что с оплатой он разберется сам. Я ему поверил, так как у нас были доверительные отношения».

Отметим здесь, что на самом деле никаких денег в ООО «ИК «КБФ» от ООО «Сияние-торг», как и от «Сияния-торг» Родинскому, не поступало. К такому выводу несколько лет спустя пришел арбитражный суд, признав договоры между ними недействительными из-за их безденежности. Но пока вернемся к показаниям Родинского.

Когда он получил от Ларицкого договоры купли-продажи на имущество бумажной фабрики в Мурыгино, то заметил, что в одном из договоров объекты недвижимости шли как движимое имущество, то есть не были зарегистрированы как недвижимость. В общем, то, о чем ему говорила Горева. Как бы то ни было, на несколько месяцев Родинский стал владельцем мурыгинской бумажной фабрики, не ударив для этого пальцем о палец.

«Летом или осенью 2014 года Ларицкий сказал мне, что договорился с уроженцем города Гомель Константином Царьковым о продаже бумажной фабрики в Мурыгино, то есть всего комплекса имущества, которое перешло мне от ООО «Сияние-торг», — вспоминает Родинский. — Оплату Царьков должен был произвести Ларицкому. Я написал расписку, что претензий по оплате имущества в Мурыгино не имею. Передал ли Царьков деньги Ларицкому, мне неизвестно. После того как документы были сданы в Росреестр, я какого-либо отношения к имуществу бумажной фабрики не имел».

В январе 2015 года Родинский был задержан в Московской области и в дальнейшем осужден по статье 159 УК РФ. В местах лишения свободы он провел около двух лет. Пока сидел, узнал много интересного о деле бумажной фабрики: например, что был подан иск о возвращении имущества фабики. Когда Родинский вышел, он нанял адвоката, но это его не спасло: суд признал сделки по продаже имущества незаконными, однако постановил вернуть в «ИК «КБФ» не имущество, а деньги. Так на Родинского повесили долг в 56 млн рублей, и сделать что-либо с этим он не мог.

В 2018 году Родинский ездил по делам в Кировскую область: забирал судебный приказ о взыскании налогов, заезжал к приставам. Машину для поездки, по его словам, предоставил Цуканов, она принадлежала АО «НЛК». Отметим здесь, что с Цукановым Родинский познакомился, когда Ларицкий продавал АО «НЛК» Судгаймеру, в то время Цуканов представлял интересы Судгаймера. Что касается последнего, еще одного уроженца Гомеля, с ним Родинский был знаком очень давно.

После того как Родинский разобрался с делами, водитель Цуканова отвез его в Киров и остановился у гостиницы «Хилтон».
  
«Я зашел в кафе на цокольном этаже, — рассказывает Родинский. — В кафе я встретил Цуканова, он сидел с неизвестным мне мужчиной. Я присел к ним за столик, заказал кофе с пирожным. Мы с Цукановым быстро обсудили ситуацию по поводу иска «ИК «КБФ» о взыскании с меня 56 млн рублей. Я пожаловался ему на это, так как он представлял главного кредитора. Цуканов сказал, что его юристы исчерпали все возможности возврата имущества, поэтому нет другого выхода, как взыскать сумму неоплаты. Я сказал, что мне от этого не легче». 

Далее Родинский поделился с Цукановым, что некоторые объекты недвижимости в договорах шли как движимое имущество. Тот ничего не ответил. Однако не исключено, что именно слова Родинского натолкнули Цуканова на мысль о возможности регистрации этих объектов за «ИК «КБФ».

В конце допроса следователь спросил Родинского, законно ли, по его мнению, что незарегистрированные объекты в конечном счете были зарегистрированы за «ИК «КБФ». Свидетель ответил, что не знает, законно это или нет, знает только, что по указанию Ларицкого оформил их в свое время на Царькова.  

Дела не пошли

В суде также зачитали показания Анны Царьковой, жены Константина Царькова. Ехать в Россию, как и Родинский, она отказалась наотрез, заявив, что боится Цуканова. Сам Цуканов, услышав это в суде, очень удивился и даже спросил прокурора, правильно ли он услышал.

Почему Царькова так боится Цуканова, остается загадкой, так как если судить по ее показаниям, они практически не общались. Однако Царькова много слышала о нем от мужа, который называл его и Судгаймера «какими-то бандитами, пытающимися завладеть имуществом бумажной фабрики». Судя по всему, впечатлительной женщине этого хватило.

«Я сама лично в приобретении имущества мурыгинской бумажной фабрики не участвовала, — рассказывает Царькова. — Некоторые обстоятельства приобретения и продажи имущества фабрики мне известны со слов моего мужа Царькова, который в настоящее время находится в местах лишения свободы в Гомеле. Примерно в 2014 году мой муж приобрел в поселке Мурыгино движимое и недвижимое имущество, расположенное на территории бумажной фабрики. Он говорил, что выкупил бумажную фабрику со всеми зданиями и даже железнодорожным путем, мостами, плотиной, которые расположены за территорией фабрики. В период приобретения фабрики до 2017 года мой муж ездил в Кировскую область, приезжал раз в два месяца, иногда и чаще. До этого он занимался строительством в республике Беларусь. Зарабатывал хорошо, бумажную фабрику приобрел на свои накопленные денежные средства, насколько помню, что-то около 40 млн рублей. Купил ее у уроженца города Гомель Влада Родинского».

По словам Анны, ее муж занимался развитием фабрики, однако дела у него не шли. Денег не хватало. Константин придумал выход: он привлек в качестве инвестора некоего Мосягина и заложил тому часть зданий фабрики. Сколько именно Царьков взял у Мосягина в долг, его жена не знает. В 2016-2017 годах, когда дела фабрики шли плохо, часть заложенного имущества перешла Мосягину, а часть имущества по решению суда перешла государству за неуплату налогов. На Царькове остались кое-какие здания и оборудование.

«В июне 2017 года моего мужа задержали в Гомеле, — продолжает Царькова. — Примерно в это же время ко мне обратились представители ООО «СФК» с вопросом продажи оставшегося имущества бумажной фабрики за 60 млн рублей. Об этом через адвоката я сообщила мужу. Он передал, что я могу продать — производство там уже вести невозможно, так как имущество фабрики принадлежит разным собственникам. У меня была доверенность от мужа на возможность продажи имущества, принадлежащего ему. Я поехала в Москву, где мы подготовили договор купли-продажи».

Разбираясь в документах, Анна Царькова также заметила, что в договоре между Родинским и Царьковым были незарегистрированные объекты недвижимости (здание по переработке макулатуры, цех печати, столовая, железнодорожные пути, железобетонная плотина). Однако представителей «СФК» это не смутило: они заявили, что сами все зарегистрируют. В результате Царькова продала имущество. С тех пор к бумажной фабрике никакого отношения она не имела.

Проблемы с госпошлиной

Во время судебного заседания был допрошен еще один свидетель — Ольга Горева, бывший конкурсный управляющий ОАО «Эликон». Мы рассказываем об этом под конец и вкратце, так как в допросе было мало новой информации, однако на некоторые детали обратить внимание стоит.

Например на то, что Горева прекрасно знала, что некоторые объекты недвижимости в «Эликоне» не были зарегистрированы. Правда, ранее в суде звучал такой аргумент, что это вовсе не требовалось, так как «Эликон» приватизировал и получил в собственность имущество бумажной фабрики задолго до 1997 года, когда был принят закон об обязательной регистрации объектов недвижимости. В таком случае закон разрешает собственникам не оформлять имущество (в общем, по их усмотрению).

Однако Горева, объясняя причину нерегистрации объектов, сослалась вовсе не на это, а на то, что покупатель (ООО «ИК «КБФ») так захотел.

«Покупатель сказал, что им надо быстрее, потом оформят. А мне уже нужно было завершать процедуру, поэтому так все  получилось, — говорит Горева. — Они мне бумагу написали, что согласны. У них там были какие-то проблемы с госпошлиной». 

Отметим здесь, что госпошлина за регистрацию объекта недвижимости для юридических лиц составляет порядка 20 тыс. рублей. А незарегистрированных объектов было не так уж много. Сложно поверить, что такой воротила, как Ларицкий, не мог найти на эти цели какую-то сотню тысяч рублей, однако, возможно, у него были и другие мотивы не регистрировать объекты.

В конце допроса Горева отметила, что во время ее работы (то бишь во время банкротства «Эликона») со стороны Росреестра не было никаких претензий. Затем она добавила, вероятно, устав отвечать на вопросы о регистрации, что это в ее компетенцию не входило.

Читайте по теме Захват Эликона
Обвинение требует срок и штраф фигурантам дела о «захвате» мурыгинской бумажной фабрики
Кировские юристы предположили, каким может быть приговор по делу о «захвате» бумажной фабрики
В суде зачитали показания последних трех свидетелей по делу о «захвате» бумажной фабрики
Комментарии (3)
Гость_Гость | 10 марта 2020, 11:39 #
Развязка близка.
Гость_Ага | 11 марта 2020, 12:28 #
Эти свидетели скорей боятся присесть на скамью к Цуканову
Гость_hbv | 11 марта 2020, 13:37 #
овса на нары
Комментарии закрыты в связи с истечением срока актуальности материала
Читайте в СМИ