Взятку в кабинете Белых передавали, когда он был в Москве

22 декабря 2017, 19:12 | Репортеръ
В Москве допросили Татьяну Катанкину – бывшую помощницу, которая передала для Белых 50 тыс. евро. Она рассказала о запоях Щерчкова, но интереснее другое. Взятки якобы передавали в кабинете Белых, однако одна из них записана на день, когда он был в командировке.
Фото: Вероника Семерикова

В суде по делу Никиты Белых допросили Татьяну Катанкину, которая много лет была его помощницей. Она проходит как свидетель обвинения - по версии следствия, через нее Юрий Судгаймер (по цепочке племянник Эрик - Катанкина - водитель Фролов - Белых) передал экс-губернатору 50 тыс. евро. Эта сумма в дальнейшем была передана Алексею Пыхтееву и считается частью взятки, переданной Никите Юрьевичу в 2016 году.

Катанкина, однако, ценна как свидетель не только потому, что передавала пакет от Эрика Судгаймера. Ранее она работала в правительстве Кировской области и занималась графиком Белых. И Сергея Щерчкова, который 21 марта 2012 года якобы принес деньги от Ларицкого, она там не помнит.

Предпоследняя взятка. Версия следствия

В апреле 2016 года Белых в Кирове решил потребовать от Судгаймера следующую часть взятки. Они встретились в аэропорту Риги, от бизнесмена потребовали еще 200 тыс. евро «на финансирование избирательной кампании».

Посредником Судгаймера в этот раз стал его племянник Эрик, все они встретились в «Кофемании» на Большой Никитской в Москве. Белых привлек свою подчиненную Татьяну Катанкину, не знающую о взятках. Судгаймер передал Эрику 50 тыс. евро, в «Кофемании» Катанкина получила запечатанный конверт с этими деньгами и оставила его в сейфе в представительстве правительства Кировской области в Москве. В конце мая 2016 года Белых получил от водителя этот конверт.

Версия Белых

В июне 2016 Судгаймер позвонил Никите Юрьевичу и сказал, что ему надо передать документы в Москве. На это дело экс-губернатор отправил свою помощницу Татьяну Катанкину, которая забрала конверт и передала водителю. Спустя несколько дней конверт оказался в руках Никиты Белых. Открыв его, он обнаружил вместо документов деньги.

«Уже в Кирове я открыл конверт, обнаружил там 50 тыс. евро. Эти деньги я передал 13 июня 2016 года во время своего дня рождения Алексею Пыхтееву с просьбой, чтобы он внес эти деньги на счет Военно-исторического общества. Вот собственно и все», - утверждал подсудимый во время допроса. Деньги были внесены в фонд уже после задержания Белых (через год, если быть точнее).

Версия Катанкиной

24 или 25 мая Татьяне позвонили из приемной губернатора, соединили с Никитой Юрьевичем. «Он попросил встретиться с человеком и забрать у него документы. Чуть позже он прислал его телефон. Я позвонила по номеру телефона, чтобы договориться, где встретиться, чтобы забрать документы. Эрик [племянник Судгаймера ] сказал, что встречу лучше назначить часа через два-три, ему дадут машину, он подъедет. Мы договорились на 14 или на 15 часов в «Кофемании» на Большой Никитской. Соответственно, я пришла, увидела человека, он помахал мне рукой. Я поздоровалась, он передал мне пакет, я ушла обратно в представительство. Пакет лежал несколько дней, потом я передала его водителю вместе с остальной корреспонденцией», - цитирует ее Медиазона.

Никаких особых указаний от Белых по поводу этого пакета - «быть аккуратной при данной встрече, принимать дополнительные меры конспирации» - не поступало.
Катанкина помнит, что Эрик предложил выпить кофе, но она отказалась, попрощалась и ушла. Пакет Судгаймер положил в сумку женщины. «Интересный способ передачи», - заметила прокурор. Экс-помощник ничего странного не видела: «Я пришла встретиться с ним по поручению. Какая разница, как он будет мне передавать пакет».
Касательно содержимого пакета она пояснила так: «Мне сказали, что там были документы. Кто сказал? Никита Юрьевич». Встреча с Судгаймером длилась минуты три, по ее оценке.

«Я написала сообщение Никите Юрьевичу, что пакет забрала. Он ответил: «Окей», - и все на этом», - сказала она. Никаких дальнейших указаний о пакете она не получала и даже предположительно не знала, что внутри. «Что там на ощупь-то было?» - допытывалась у нее прокурор. «Я не экстрасенс, я не знаю. Я не щупала пакет, не знаю, что там за документ», - ответила Катанкина.

Из оглашенного позже протокола очной ставки Татьяны и Эрика Судгаймера следует, что тогда Катанкина уточняла: по ощущениям в пакете была «пачка фотографий или бумаги».

При этом отметила, что непрозрачные пакеты передавались для Белых и прежде: «Это было. Как часто, не знаю. Обычный рабочий момент, документооборот».

Кофемания

Травмы и траты

Как передает Медиазона, Катанкина познакомилась с Белых в конце 2002 года. Она работала его помощником, когда он был депутатом заксобрания Пермской области, в правительстве Пермского края и председателем федерального совета «Союза правых сил». В 2008 году, уезжая губернаторствовать в Кировскую область, он позвал Катанкину с собой.

До 2015 года Татьяна была руководителем секретариата Белых. Потом ушла - «по личным обстоятельствам». Вернулась, потому что нужна была работа. «Почему вернулись?» - спросил у нее Никита Юрьевич из-за решетки. «Я работала в Фонде развития моногородов. Была вынуждена уволиться. Обратилась к вам за помощью, Вы очень помогли», - ответила женщина.

Тогда она стала работать в представительстве Кировской области в Москве.
В Кирове в ее обязанности входило ведение рабочего графика губернатора, его встречи и контакты с министрами и чиновниками, предпринимателями. Встречи с Ларицким также организовывала она, но они были нечастыми. В правительство он попадал, как и все - по заказываемому пропуску. «[C Судгаймером] может, они [с Белых] раз в год встречались», - указала Катанкина.

Катанкина, транслирует издание, отвечает на вопросы прокурора неохотно. Антипатия, видимо, была взаимной - к концу заседания гособвинитель повысила голос.
Никиту Юрьевича Татьяна охарактеризовала как умного, порядочного человека, ответственного, с большим чувством долга, эффективного управленца. «Он очень демократичный в общении», - пояснила она.

Отвечая Белых, она сообщила: «Могу сказать, к сожалению, Никита Юрьевич, у Вас гипертония, диабет, травмировано колено. Я вам измеряла уровень сахара и давление каждое утро. Вы принимали таблетки. Иногда Вам внезапно становилось плохо на работе, приступы. Вызывался доктор, ставились капельницы прямо в кабинете».

«За те 15 лет, что мы с Вами работали, можете вспомнить мои крупные затраты, покупку предметов роскоши?» - спросил он. «Нет, абсолютно ничего такого за Вами никогда не было. Вы очень скромный, я бы даже сказала, непритязательный. Никаких предметов роскоши, шикарных подарков. Никогда такого не было за Вами», - подытожила его бывшая помощница.

Когда приходил Щерчков...

Когда речь зашла об экс-зампреде, Катанкина рассказала, что у Щерчкова были запои. «Впервые в 2009 году. Это было полной неожиданностью. Он просто не приехал на заседание правительства. Вы просили съездить в резиденцию, узнать, почему он не приехал. Я застала его в невменяемом состоянии. Был вызван доктор, поставили капельницу», - вспомнила она.

Когда Щерчков пришел в себя, Белых заставил его написать заявление об уходе «на всякий случай». Оно лежало в сейфе, и особого впечатления на Сергея Владимировича не произвело. Когда на работе начинались проблемы, он всегда уходил в запой, указала женщина она. Отсутствие Щерчкова (неделю, иногда больше) оформлялось как отпуск, как правило, задним числом.

Дальнейшее важно, потому что Катанкина работала в одном кабинете с Белых, когда к нему якобы приходили Судгаймер (2014 год, 200 тыс. евро) и Щерчков (2012 год, 200 тыс. евро) со взяткой. Секретарь Никиты Юрьевича Надежда Кудрявцева уже указывала, что они сидели в правительстве допоздна, пока не уйдет Белых, и Судгаймера она там не видела.

Всех интересовали две даты - 5 марта 2014 года (тогда якобы приходил Судгаймер) и 21 марта 2012 года (когда якобы приходил Щерчков с деньгами от Сысолятина).
График встреч, пояснила Катанкина, велся в электронном виде с 2009 года. Он был синхронизирован со всеми заместителями. Для удобства она каждый вечер распечатывала график для Никиты Юрьевича на следующий день, он его просматривал. Посмотреть текущий график могли Белых и зампреды, но редактировать - только Катанкина.

Сначала о визите Щерчкова. Грохотов показывает сведения о доходах Белых, которые подаются в администрацию президента каждый год. Документ датирован 21 марта 2012 года. Подробностей того дня Катанкина не помнила, но отметила, что работал Белых часов до 8-9 и находился не один - секретари не уходили раньше него.

Таким образом, можно предположить следующую картину: Щерчков заявлял, что приходил вечером 21 марта, но никто из секретарей и помощников его видел. Соответственно, появляется противоречие, устранить которое вряд ли возможно - Щерчков уже допрошен.

Кстати, вот как он сам описывает тот день: «[После встречи с Сысолятиным] я взял пакет, пошел в правительство, Никита Юрьевич подписывал какие-то бумаги. Я дал пакет - от Сысолятина. Он молча положил его перед собой, и я вышел. Впоследствии позвонил Ларицкий, спросил, передал ли я. «Да, передал». «Доволен шеф?» «Да». Чуть позже Никита Юрьевич сказал мне, что Ларицкий исполняет свои обязательства, продолжаем ему помогать».

Прокурор, однако, не сдавалась: «Почему Вы с такой уверенностью можете сказать, что не видели Щерчкова в тот день?». «Я сказала, что я не помню такого», - заметила Катанкина. «Сейчас с точностью Вы можете мне ответить, что Вы подписывали эти документы после 19 часов и не видели Щерчкова? С достоверностью можете сказать?» - настаивала гособвинитель. «Ваша честь, это уже давление на свидетеля! - заявил адвокат Грохотов. - Свидетели обвинения часто что-то не помнят, а как только говорят что-то неудобное, сразу начинается...»

...и был ли Судгаймер

Исходя из представленного ей в суде графика, Катанкина указала: в период с 25 февраля по 10 апреля Белых находился в командировках. Посещение правительства Судгаймером, соответственно, не совсем вписывается.

«А если вдруг Никита Юрьевич на какое-то время, запланировано или неожиданно, появляется на работе? Такие «окна» заносятся в график?» - спросила прокурор у свидетеля. «Если он вернулся раньше времени, [ранее не назначенных] встреч мы не смогли бы организовать. Только если с замами, но мог и не вызывать никого», - пояснила Катанкина.

«Если бы такая встреча произошла, она бы нашла отражение в графике? Особенно с кем-то внешним, предпринимателем», - уточнил Грохотов. «Она была бы внесена в график, естественно. Даже если заранее не была запланирована», - ответила женщина. Не могло быть такого, заявила она, чтобы кто-то прошел тайно.

Гособвинитель отнеслась к ее словам критически и начала выяснять, находилась ли Катанкина рядом с Белых «24 часа в сутки, нос к носу». «Мне просто интересно, каким образом Вы ежесекундно, поминутно могли фиксировать передвижения губернатора Кировской области и его встречи? Вы не ели, не пили, не ходили в иные места, необходимые для физиологии?» - обратилась она к свидетелю.

«Я находилась на рабочем месте, рядом с губернатором. Безусловно, я выходила. Но приемная не была пустой, секретарь сидела на месте», - ответила та.

- Когда Вы выходили, в эти моменты встреч у губернатора не было?
- Я выходила, когда он был на мероприятии, совещании. Секретарь всегда в приемной.
- Почему Вы уверены, что в момент, когда Вы выходили, у него не было встреч?

Дискуссия ничего не дала, и в конце прокурор заметила: «Какая фантастическая преданность. Как повезло Никите Юрьевичу!»

Читайте по теме Суд над Белых
Жена Белых расклеивает новости о супруге на кировских машинах
Белых заставил соседа по камере читать Есенина
Где и с кем будет сидеть Никита Белых
Комментарии (2)
Гость_вятич | 24 декабря 2017, 17:55 #
ну всё понятно катанкина кроет себя и пытается неспалиться и не наговорить лишнего, получается у неё это с трудом))) благо адвакат рядом
Гость_ВЯтич2 | 24 декабря 2017, 18:55 #
Натянутый ни на что эпизод, запугали девку.
Не верю что там что-то было! Ну не валяется такое баблище в офисных документах
Комментарии закрыты в связи с истечением срока актуальности материала
Читайте в СМИ