Дело о смерти пациента в НИИ Гематологии откладывается на три года

20 октября 2019, 13:55 | Елена Овчинникова
После года судебных разбирательств по уголовному делу врача кировского НИИ Гематологии Дениса Ярыгина, обвиненного в «оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших по неосторожности смерть человека» (ст. 238 часть 2 УК РФ), процесс надолго отложен. В лучшем случае он продолжится к 2022 году.

Вступив в фазу «допроса свидетелей, предоставляющих доказательства невиновности гематолога», суд удовлетворил ходатайство обвиняемого о назначении очередной, уже третьей по счету экспертизы, которая пройдет в московском Центре СМЭ.  Время ее ожидания составит порядка полутора лет, плюс около года и более уйдет на саму процедуру. 

Казалось бы, приняв решение о назначении третьей экспертизы (что кировские юристы сочли шуткой, невозможным, невероятным и фактически прецедентом), суд решил досконально разобраться в причинах смерти пациента НИИ Гематологии Евгения Свечникова, а также степени виновности доктора Ярыгина для принятия правильного решения. Но, по мнению потерпевшей стороны, намеренной оспорить решение, дело здесь вовсе не в объективности.  

Напомним, что Евгению Свечникову диагноз хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) поставили пять лет назад, но лечащий врач утешил: в его возрасте болезнь опасности для жизни не представляет. В конце 2016 года с обычным ОРЗ «низкого гемоглобина». Но не пошел на поправку, а стремительно терял силы. Тогда семья перевезла его в Израиль, где выяснилось, что смертельное ухудшение здоровья якобы связано с проведенным в кировском НИИ курсом химиотерапии, вызвавшим иммунодефицит. Так что причиной ухода стал не рак крови, а... сепсис. 

Реанимация недопустимых доказательств 

После обращения потерпевших - родных Евгения Свечникова в Следственный комитет, кировским Бюро судебно-медицинской экспертизы было дано заключение о том, что «больной умер по причине болезни, а его лечение проведено качественно и в полном объеме». Но документ не только изобиловал массой неточностей, отсутствием ответов на заданные вопросы, более того, 300 медицинских документов было экспертами проигнорировано, а «специалист, участвовавший в подготовке материалов, не был предупрежден об уголовной ответственности». Это все вынудило следствие признать «кировскую экспертизу» недопустимым доказательством. 

До середины октября нынешнего года в уголовном деле Дениса Ярыгина фигурировало второе экспертное заключение, сделанное в новосибирском Центре СМЭ при Министерстве обороны, подписанное пятью профессорами - докторами наук. Утверждающими, что причиной смерти пациента стало «неправильно назначенное лечение, а именно, двукратное превышение доз смертельно-опасного препарата, игнорирование инструкций и российских клинических рекомендаций по гематологии».

«Однако суд реанимировал «недопустимые доказательства», не приняв во внимание то, что один из участников исследований не был предупрежден об уголовной ответственности, другой, выступая в качестве эксперта, являлся обычным поликлиническим врачом с незначительным стажем работы и знакомым подсудимого. И, вернув первую экспертизу в дело, получил тем самым сразу два абсолютно полярных заключения: «умер от болезни» и «скончался в результате неправильного лечения», - говорит адвокат потерпевших, считающая решение суда незаконным. 

«Возможно, - говорит юрист, - есть расчет на то, что через 5 лет после смерти Евгения Илларионовича (в марте 2017 года) притупится боль утраты, и родня покойного не будет так настойчива в желании добиться справедливого решения в отношении доктора, по возможной вине которого умер любимый человек: муж, отец, дедушка... Но уверяю тех, кто надеется на забывчивость, близкие Свечникова не отступятся и пройдут все суды и инстанции». 

Вмешается Конституционный суд и ЕСПЧ

Как в конце сентября сообщило РИА новости, Конституционный суд РФ принял жалобу кировчанки Свечниковой (вдова Евгения Илларионовича) на решение Ленинского районного суда, не нашедшего оснований для того, чтобы обязать руководство НИИ Гематологии выдать жене покойного его медицинские документы.  

Суд объяснил свою позицию тем, что Римма Свечникова не имела доверенности, подписанной супругом, на получение документов, представляющих «врачебную тайну». При этом не уточнил, как вдова могла получить доверенность, если срок действия выданного при жизни документа истек в момент смерти доверителя. А после кончины вряд ли Евгений Илларионович смог бы что-то подписать. 

Ленинский райсуд также не принял во внимание и то, что в Информированном добровольном согласии, подписанном Свечниковым при госпитализации в НИИ, его супруга значилась как лицо, которому пациент полностью доверяет всю информацию о своем здоровье. 

Как выяснилось позже, в материалах уголовного дела содержится информация, подтвержденная экспертами и специалистами, что в медицинских документах умершего, которые так и не смогла получить Римма Дмитриевна, обнаружены признаки возможной фальсификации подписи пациента. 

Как в октябре подчеркнули десятки ИА России и зарубежья, Конституционным судом РФ принимается к рассмотрению не более 5-10%всех поступающих жалоб, а по заявлению Свечниковой будет принято решение. 

А на днях потерпевшие получили извещение из Европейского суда по правам человека, в котором сообщалось, что будет рассмотрена жалоба Риммы Свечниковой на решение Ленинского суда о запрете выдачи медицинских документов вдове покойного, с которым совместно прожито 50 лет.

Комментарии (70)К последнему
Гость_Гость | 20 октября 2019, 15:03 #
Так и не удалось никому заработать. Слёзы капают.
Гость_дэнгы | 20 октября 2019, 15:14 #
дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги дэнгы дэнгы дэнгы дэнгы дэнги дэнги дэнги
Гость_Гость | 20 октября 2019, 15:17 ответил Гость_дэнгы #
Дэнгы?
Комментарии закрыты в связи с истечением срока актуальности материала